Русская классика: книги — Пушкин, Гоголь, Достоевский

Девять книг русских классиков, собранных не по школьной программе, а по одной теме: что они думали о России.

9 книг
6 568 ₽ 6 108 ₽ выгода 460 ₽ — скидка 7%
Купить набор целиком

Скидка 7% применяется в корзине, когда собрана вся подборка.

Девять книг русских классиков, собранных не по школьной программе, а по одной теме: что они думали о России. Пушкин, Гоголь, Достоевский, Лермонтов, Куприн — но не «Онегин» и «Мёртвые души», а публицистика, дневники и то, что обычно остаётся за пределами хрестоматии.

О чём эти книги

Русскую классику принято читать как художественную литературу и почти никогда — как размышление о стране. Между тем Достоевский вёл «Дневник писателя» одиннадцать лет, Гоголь писал о дороге и о том, куда несётся Русь, Салтыков-Щедрин четыре года служил вице-губернатором и знал провинциальное управление изнутри.

Эта подборка собирает именно такие тексты. Здесь классики говорят прямо, без сюжета и вымышленных героев, — и оказывается, что спорят они о том же, о чём спорят сегодня.

Что вошло в подборку

Достоевский. Две книги из «Дневника писателя»: «Что есть Россия?» и «Наказание без преступления. За что нам мстит Европа». Публицистика, которую он писал параллельно с «Братьями Карамазовыми» и считал не менее важной.

Гоголь. «Куда несёшься, Русь? Мысли у дороги» — размышления о стране, и «Ужасные истории. От Вия до Страшного кабана» — другая, тёмная сторона его прозы, из которой позже вырос весь русский хоррор.

Пушкин и Лермонтов. «Арап Петра Великого» — неоконченный роман о прадеде поэта, Абраме Ганнибале. «Люблю отчизну я…» собирает лермонтовские стихи о России — те самые, где любовь к родине уживается со «страной рабов, страной господ».

Взгляд со стороны и изнутри. «Язвы русской жизни» Салтыкова-Щедрина — записки человека, который сам управлял губернией. «Белый снег России» Куприна и «Наставление сынам России» Шмелёва написаны в эмиграции — это Россия, увиденная издалека и навсегда потерянная.

С чего начать

С «Дневника писателя». Достоевский-публицист совсем не похож на Достоевского-романиста: пишет коротко, зло, о конкретных событиях своего времени — и при этом оказывается поразительно современным.

Если хочется чего-то неожиданного, возьмите гоголевские «Ужасные истории»: «Вий» и «Страшная месть» рядом показывают, что русская литература начиналась не только с бытописания.

Кому подойдёт

Тем, кто прошёл классику в школе и хочет вернуться к ней взрослым — с другой стороны. Хороший подарок читающему человеку: издания «Родины» здесь собраны тематически, а не по алфавиту авторов. Девять книг можно взять набором со скидкой или купить русскую классику по отдельности.

Смежные темы — в подборках по философии и биографий великих людей.